Проблема
В 2019 году, в период общенациональной кампании по борьбе с организованной преступностью, обвиняемый S через посредника Лю передал потерпевшему X сообщение о том, что тот якобы связан с организованной преступностью. В мае 2019 года потерпевший X, следуя совету посредника Лю, передал S 2 миллиона юаней, чтобы тот помог «уладить» вопрос с обвинениями. S, зная, что не может решить эту проблему, всё же принял деньги. Позже S обратился к местному руководителю правоохранительных органов, чтобы узнать, действительно ли X связан с организованной преступностью, но не получил подтверждения этой информации. Несмотря на это, S сообщил X, что вопрос решён, и тот может не беспокоиться.
Стратегия юриста
Адвокат, представляющий интересы S, тщательно проанализировал обвинительное заключение и выявил ключевые моменты, которые позволили построить защиту:
1.Анализ обвинительного заключения: Адвокат сосредоточился на логике обвинения, которая строилась на том, что S якобы обещал «уладить» вопрос с обвинениями в организованной преступности, хотя знал, что это невозможно. Адвокат подчеркнул, что S лишь обещал «поинтересоваться» ситуацией, а не решить её.
2.Исследование доказательств: Адвокат указал на отсутствие доказательств того, что S распространял ложную информацию о причастности X к организованной преступности. Также было отмечено, что X сам обратился к S за помощью после того, как был обвинён в причастности к преступной группировке.
3.Проверка показаний потерпевшего: Адвокат выявил противоречия в показаниях X:
4.Философский подход к определению мошенничества: Адвокат использовал философские категории «возможного» и «невозможного», чтобы доказать, что S не обещал невозможного, а лишь пообещал «поинтересоваться» ситуацией, что было в пределах его возможностей.
1.Анализ обвинительного заключения: Адвокат сосредоточился на логике обвинения, которая строилась на том, что S якобы обещал «уладить» вопрос с обвинениями в организованной преступности, хотя знал, что это невозможно. Адвокат подчеркнул, что S лишь обещал «поинтересоваться» ситуацией, а не решить её.
2.Исследование доказательств: Адвокат указал на отсутствие доказательств того, что S распространял ложную информацию о причастности X к организованной преступности. Также было отмечено, что X сам обратился к S за помощью после того, как был обвинён в причастности к преступной группировке.
3.Проверка показаний потерпевшего: Адвокат выявил противоречия в показаниях X:
- X заявил, что передал S 2 миллиона юаней для «улаживания» вопроса, но на самом деле деньги были переданы для «уточнения информации».
- X утверждал, что S запросил дополнительные 21 миллион юаней через неделю после получения первоначальной суммы, но банковские записи показали, что перевод был сделан на следующий день.
- X был осуждён за дачу взятки секретарю уездного комитета партии в июле 2019 года с целью «уточнения» информации о своей причастности к организованной преступности. Это противоречит его заявлению о том, что он уже в мае 2019 года пытался «уладить» вопрос через S.
4.Философский подход к определению мошенничества: Адвокат использовал философские категории «возможного» и «невозможного», чтобы доказать, что S не обещал невозможного, а лишь пообещал «поинтересоваться» ситуацией, что было в пределах его возможностей.
Результат
Суд принял во внимание аргументы защиты и признал, что X мог ошибочно полагать, что S способен «уладить» вопрос с обвинениями в организованной преступности, основываясь на своих собственных ожиданиях, а не на конкретных обещаниях S. Суд постановил, что действия S не могут быть квалифицированы как мошенничество, и вынес оправдательный приговор.